Теории транснормальности

0
272
Share


Теория  сверхкомпенсации

3.2.2.Теория  сверхкомпенсации видит причины гениальности  в самых разнообразных отклонениях от нормы, в действительных или мнимых недостатках личности, преодоление которых и  является мощным стимулом и источником продуктивности и роста.  По мнению А. Адлера и сторонников его теории, осознание и переживание физических и психических дефектов, вызывает чувства неполноценности, а их последующая сверхкомпенсация ведет к активизации творческой деятельности и созданию социально значимых продуктов. При этом в основе этой активности лежит изначальное стремление личности к самоутверждению, превосходству, успеху, совершенству и чувству общности.
Примерами гениев, добившихся  значительных успехов в процессе гиперкомпенсации своих недостатков, являются: знаменитый оратор Демосфен, который был щуплого телосложения и  с детства страдал дефектами речи, композитор Бетховен, имеющий серьезные проблемы со слухом, поэт Байрон, хромота которого, полученная при родовой травме, оказывала «сильное  влияние на его чувствительную душу  и была стимулом для компенсации и достижения высот совершенства (Ж. Кларк).
Врожденное нарушение слуха было у композитора Сметаны, художник Гоген страдал дальтонизмом, Тулуз-Лотрек , после перелома в детстве обеих ног, превратился в карлика с короткими ножками,  Ф. Рузвельт, трижды избиравшийся на президентский пост в США, в 1921 году заболел полиомиелитом и уже не расставался с инвалидным креслом, а ряд знаменитых деятелей культуры — Джон Китс (155 см), Пабло Пикассо (162см), Эдит Пиаф (142см), а также военачальников и диктаторов,  отличались невысоким ростом: Наполеон (161см), Сталин (155см), Франко (157см).

Психоаналитическая теория

Теория сублимации

3.2.3. Теория сублимации утверждает, что причиной гениальности является трансформация сверхсильных влечений к славе, власти, богатству в образы творческой фантазии, а также перелив сексуальной энергии в сферу науки и искусства, превращение ее в культурно-значимую и социально-одобряемую продуктивную деятельность.
По мнению сторонников данной теории, основоположником которой выступал З. Фрейд, причиною необыкновенной творческой активности гениев было переключение, перелив сексуальной энергии в символический мир искусства или науки, ее трансформация и возвышение в конструктивную и созидающую силу.
При этом, согласно  данной концепции, многие творцы испытывали те или иные отклонения в сексуальной сфере, а иногда и сознательно ограничивали и подавляли в себе побудительную силу libido.
«Сексуальное влечение, — писал З. Фрейд,- обеспечивает культурный труд огромной массой энергии; это происходит в силу присущей ему способности изменять свою цель, не ослабляя напора. Эта способность менять первоначальную сексуальную цель на иную, несексуальную, но психологически ей близкую, называется сублимацией».
В то же время  сам З. Фрейд  не ограничивал понятие сублимации исключительно сексуальными мотивами. Так он писал о Леонардо да Винчи «… он превратил свои страсти в одну страсть к исследованию; он предавался исследованию с той усидчивостью, постоянством, углубленностью, которые могут исходить только из страсти». Кроме этого  описывая механизмы творчества художника, З. Фрейд отмечал:  «В нем теснятся сверхсильные влечения, он хотел бы получать почести, власть, богатство, славу и любовь женщин; но у него нет средств, чтобы добиться их удовлетворения. А по­тому, как всякий неудовлетворенный человек, он отворачивается от действительности и переносит весь свой интерес, а также свое либидо на желанные образы своей фантазии…»
Сублимация, как объяснительный принцип гениальности, подчиняется одному обязательному условию – она проявляется не просто как фантазирование, а как объективизация желаний и замыслов с помощью различных символических систем, как создание выдающихся шедевров. «Большие художественные произведения возникают тогда, если художнику удается выдержать большое внутреннее напряжение и перевести его на символический язык творчества» — писал Г.Крафт.
Одновременно сублимация понимается, как преобразование в продуктивную и социально-значимую деятельность различных травмирующих и негативных переживаний. Искусство, в данном случае, понимается как символическое удвоение действительности, как спонтанный перенос патологических влечений в поэтическое произведение. Энтони Сторр писал «Только неудовлетворенный человек фантазирует, счастливый же — никогда».
Ц.Ламброзо, В.Ланге-Эйхбаум приводят целые списки великих людей, обладавших различными сексуальными отклонениями, которые напрямую связывались с их сублимированной повышенной творческой активностью.
В то время само существование большого количества гениев, чья повышенная сексуальная активность напрямую связывалась с их творческими достижениями,  ставит под сомнение  саму теорию сублимации. К таким творцам, которые проявляли высокую активность в творческой и сексуальной сферах,  относятся: Юлий Цезарь, Петр I, Байрон, Пушкин, Рафаэль, Альфред де Мюссе, Бальзак, Дюма-отец, Гейне, Лев Толстой, Гете, Пикассо, Эйнштейн.

Конфликтогенная теория гениальности

3.2.4. Конфликтогенная теория гениальности утверждает, что разноплановые внешние и внутриличностные конфликты, при определенных условиях, стимулируют творческую активность и ведут к становлению и развитию творческой личности.
Так, к  макросоциальным факторам пололжительно влияющим на развитие творческого потенциала, Д. Саймонтон относит социальные конфликты, гражданские волнения, то есть ситуации, требующие от личности постижения сути происходящих событий,  быстрого взросления и совершения соответствующего выбора.
Проблемы в детстве. В.Гоертцел и М.Гоертцел (1962) проанализировали биографии 400 выдающихся личностей и установили, что только 58 из них имели бесконфликтное детство. Многие гениальные люди испытывали в ранние годы всевозможные психические травмы, переживали состояние фрустрации и депривации, связанные с конфликтами в семье, школьными трудностями, одиночеством, отсутствием взаимопонимания и алкоголизмом родителей. При этом авторы отмечают, что  25 % гениев пережили потерю родителей до 10 лет, 33 % — до 15,  50 % до 21 года.
В свою очередь,  Дж. Айзенштадт (1978) проанализировал жизнь 573 выдающихся людей и пришел к выводу, ранняя потеря родителей ведет к раннему взрослению и дает толчок к развитию творческих способностей. В 10 лет 25% потеряли одного из родителей, а к  15 — 34,5%.
На основании данных исследований В.Гоертцел и М.Гоертцел делают вывод, что беззаботная, теплая и комфортная обстановка в семье не способствует формированию творческой личности. Однако М. Ранко (1992) предостерегает от сознательного использования конфликтов для стимуляции творческой активности. При этом он выделяет два типа конфликтных отношений, которые могут как активизировать творчество, так и подавлять его. К первым относятся культурная, национальная и профессиональная     маргинальность (от лат. margo — край), которая заключается во взаимодействии и столкновении правил, норм, традиций различных сфер реальности.  К деструктивным конфликтам автор относит межличностные столкновения, ведущие к устойчивым негативным переживаниям, эмоциональному напряжению и стрессам.
Д. Манфилд  Р. Алберт, М. Ранко считают, что положительное влияние на развитие творческой личности ребенка оказывают негармонические отношения между родителями и их несходство.  Вероятно  с самого раннего детства ребенок усваивает и впитывает сущностную дихотомичность мира, различие и полярность тенденций, которые персонифицируются в облике самых близких ему людей.  В то же время с ранних лет ему приходится находить компромиссы между различными требованиями и ожиданиями, примирять и синтезировать непохожие точки зрения, самостоятельно решать простые жизненные проблемы.
В то же время благоприятное влияние на развитие творческих способностей ребенка оказывают разнообразные различия между родителями: индивидуально-психологические, национальные, возрастные. Так в момент рождения Гете, его отцу было 39 лет, матери -17; отцу П.И.Чайковского -45, матери -27; отцу Бернарда Шоу — 45, матери -28; отцу Оноре де Бальзака -53, матери 21; отцу Джека Лондона -53, матери 29, отцу Ивана Гончарова 58, матери 27; отцу Генделя -63, матери -34.
Теория психической и физической травмы. Потрясения, травмы, обиды, как негативный «импрессинг» власно определяют характер и направленность активности будущего гения.
Чередой кризисов отличалость детство Айсидоры Дункан. Байрона, Бетховена, Пикассо. У А. Шопенгауэра была холодная, эгоистичная мать, которая высмеивала его первые литературные опыты, наверное, сформировала у него его мизантропию и нелюбовь к женщинам. У Наполеона было восемь братьев и сестер, но пятеро из них умерли в детском возрасте. На протяжении жизни, тяжелые психические травмы, послужившие катализаторами творческой энергии, пережили Тесла, Монтессори и Пикассо.
Гениальность является результатом не самих внутренних и внешних конфликтов, а следствием их успешного решения. Гений формируется в обстановке преодоления внешних или внутренних препятствий, борьбы, разрешения внутриличностных и социальных конфликтов.   В то же время,  как в первом, так и во втором случае ведущую роль в росте выдающейся творческой личности играет сильное Ego, высокая самооценка и уровень достижений.  Сущность конфликтогенной теории гениальности выражает разделенная многими авторами идея о первостепенном значении в конструктивном разрешении конфликтов самой индивидуальности, ее веры в себя и свои силы, ее творческой позиции и отношения к трудностям (Ф. БарронМ.Раттер,  М.Ранко).

Мистическая теория гениальности

3.2.5.  Мистическая теория утверждает, что гениальность  является результатом действия высших, неведомых сил, порождается контактом с неисчерпаемыми глубинами космоса,  путем переживания экстатических и гипнотических состояний, мистических видений и фантастических галлюцинаций. При этом гении рассматривались как счастливые избранники богов, как обладатели магического дара, как пророки, провидцы, медиумы, транслирующие послания высших сил.

1.  Божественное безумие. Древние философы считали гениальность даром богов, божественным безумием, вдохновением, одержимостью, а  творчество — «бредом, даруемым нам богами». Каждому человеку приписывался свой гений (демон), который обладал магическими силами и приносил вдохновение (Сократ), а сам поэт, находясь в сосостоянии неистовства, переводит послания богов людям (Платон).  При этом состояние божественного безумия, странность и нестандартность гениальных прозрений понимались как условия и источники  новых идей и носили позитивную окрашенность. «Я не сумасшедший, – говорил Диоген. — Только ум мой не такой, как у вас». Так Ф. Ницше писал о гениях : «…придаток полубезумия всегда хорошо помогал им», так как «безумные идеи часто имеют значение целебных ядов.»

2. Безумная мудрость. Само слово изумля́ться в словаре В.Даля имеет два значения: 1) сходить с ума, лишаться рассудка, выживать из ума,  2) удивляться, дивиться, приходить в крайнее удивленье, быть озадаченным нечаянностью (странностью, нежданностью, необычайностью).  Эпитет  «безумный» может употребляться в качестве положительной характеристики необычности, грандиозности, исключительной смелости идеи, замысла или проекта. Безумие в  данном случае имеет позитивные коннотации, выходящие из образного выражения Горация о вдохновении как «приятном безумии», как о «сладостном безумии» (Людвиг Уланд)  и как о «Безумной мудрости» (Вэс Никер).
Так, Вэс Никер считает, что безумная мудрость основывается на подавляющей наше сознание неизмеримости и неисчерпаемости  космоса, а также неизбежности непрерывных изменений и трансформаций.
При этом благодаря таким великим мыслителям как Лао-Цзы, Чжуан-цзы, Будда, Сократ, Догэн, Руми, Фридрих Ницше, Ральф Эмерсон, Людвиг Витгенштейн, Альбер Камю, Мишель Фуко, а также таким представителям искусства, как  Томас Мэртон, Басе, Исса, Уильям Блейк, Райнер Рильке, Анри Бертон, Сэмюэль Беккет безумная мудрость расширяет наши знания о реальности, совершает дерзкие прорывы в неведомое. Формой и воплощением безумной мудрости является тотальное сомнение, парадоксы, абсурд, ирония, метафоры, коаны, притчи и хайку.

3. Гений понимается как медиум, посредник, передатчик воли высших сил, которая персонифицируется  в виде осознанной личностной миссии или высшего предназначения. Еще у древних греков слово гений понималось как  «нашёптыватель», «божественный глас». Это фантастическое существо, стоящее между Богом и  человеком, или частица божественного в людях. Гений предстает, как исполнитель воли богов, как носитель и передатчик божественной силы, как передатчик посланий и посредник между высшими силами и человечеством.
Самоописания и автобиографии гениев свидетельствуют о том , что многие из них  в процессе творчества переживали возникновение новых образов и идей как результат действия внешних сил, как принуждение посторонней воли.  Они ощущали себя лишь зрителями, риципиентами и передатчиками неведомых посланий. Они испытывали состояние полного отсутствия воли, безсубъектности и, в то же время, одержимости,  спонтанности и неожиданности творческого порыва, , “Иногда даже сам великий человек, — писал  Г. Жоли, — взирая на горизонты, которые открывает перед ним его же собственная идея, повергается в изумление и восхищение перед нею и полагает, что она снизошла к нему свыше, от какой-то незримой, верховной силы”. Романтики описывали творчество гения как духовное опьянение, чудо,  слушание таинственных и инстинктивных языков.  Гете, записывал некоторые стихи непроизвольно, как лунатик, находящийся в сомнобулическом состоянии.  Моцарт описывал процесс своего творчества как непроизвольный поток и  игру образов и мыслей.  Это самый ценный дар Бога, считал он. «Откуда и как этого я не знаю, да тут я и ни при чем». Тургенев писал, что «романистом положительно владеет что-то вне его и вдруг толкает внезапно».

4. Слышание голосов. По свидетельствам Сократа, Мухаммеда, Тассо, Тартини, Спинозы, Сведенборга, Эмерсона,  дух или гений сообщал им новые сведения, порождал необычные идеи или просто  давал советы. Сведенборг утверждал, что все дни напролёт проводил в общении с духами, а  Руссо, Фейербаху, А. Блоку, Д. Лондону, по их собственному признанию, -помогали писать  их двойники.  “Я написал эту поэму под непосредственную диктовку, записывая двенадцать, двадцать или тридцать строчек одновременно, без предварительного размышления и даже против моей воли”(У. Блэйк). При этом он считал автором своих произведений вечность, а себя лишь  ее секретарем.

5. Особое экстатическое состояние.  Многие гении испытывали в процессе своего творчества сумеречные, гипнотические состояния сознания. Они творили  на тонкой грани между сном и бодрствованием,  в состояния творческого сомнабулизма, во время которого выполняли огромный объем работы.
Альфиери описывал процесс своего творчества как состояние лихорадки и припадка:  «Весь день я думал и размышлял, как это всегда со мною бывает, когда мною овладевает лихорадка, при помощи которой я создаю сочинение, не знаю как». «Байрон писал о своей работе над «Чайльд Гарольдом»: «Когда я сочинял его, я был наполовину помешан, витал средь метафизики, гор, озер, ненасытной любви, невыразимых мыслей и находился под кошмаром своих собственных проступков; не раз мною овладевало желание пустить себе пулю в лоб». Родство состояния вдохновения с маниакальными состояниями проявляется в активности бессознательного, быстроте ассоциаций, богатстве воображения и внезапности возникновения идей и сверхчувствительности. Среди основных факторов, стимулирующих творческую активность гениев в особых состояниях сознания можно выделить:
а) отсутствие барьеров, шаблонов и  запретов, выход за пределы привычной обыденности.
б) высвобождение подсознания. Согласно Г. В. Сегалину именно психопатический компонент личности, освобождает из подсознательной сферы компонент одаренности и помогает ему проявить себя.

6. Нестандартность видения, обманы чувств, галлюцинации и иллюзии.
Отличительной чертой гения всегда было наличие особенного, уникального, самобытного видения реальности. Они видели мир иначе, по-другому, что позволяло заглянуть им за застывшие, плоские научные модели и привычные конструкции здравого смысла и увидеть то, чего не замечали обыкновенные люди. Так, мощь видения Ван Гога проявлялась в трансформации и реструктуризации привычных паттернов восприятия. Физик Хосе Арагона утверждал, что этот вид видения относится к пониманию глубинной сути реальности, проявляющейся в виде турбулентного процесса.  Так многие картины Ван Гога периода Сен-Реми  были наполнены всевозможными  вихрями и спиралями.
В. А. Гиляровский считал, что «Обострённая благодаря болезни способность восприятия и самая односторонность мышления, наклонность к болезненным преувеличениям могут позволить лучше видеть отдельные стороны явлений, действительно существующие, но при обычных условиях тонущие и ускользающие в массе других».  Р. Крафт-Эбинг писал: «У художников такая способность бывает либо просто репродуктивной, либо фантастически преобразующей. На ней, быть может, основано искусство некоторых выдающихся художников драмы, поразительно пластическое изображение таких поэтов, как  Гете, Оссиан, Гомер».
По мнению В. Розанова, Н.В. Гоголь ощущал, видел и знал много вещей, весьма странных с точки зрения аптекарского магазина и департамента железнодорожных дел, «но не очень уж странных для ясновидящих Платона, Паскаля, для каких-нибудь мудрецов Индии или сектантов Ирана».
Чрезвычайная сложность и неисчерпаемая глубина творческих откровений и состояний гениев не могли быть адекватно раскрыты с помощью имеющихся объяснительных принципов и познавательных методов и , по-этому, они с готовностью описывались с психиатрических позиций с привлечением медицинской терминологии.  Так, французский психиатр Луи-Франсуа Лелю ввел термин «перцептивного безумия», которому, по мнению автора, были подвержены Сократ, часто впадающий в состояние транса и испытывающий  искажения восприятия и галлюцинациям,  а также Паскаль, которого посещали видения религиозного содержания и галлюцинации.
Еще Жан-Этьен Эскироль различал два вида обманов чувств:
А) галлюцинации, то есть видения, возникающие без участия реального объекта;
Б)  иллюзии, когда предмет принимается не за то, что он в действительности есть, а воспринимается в измененной форме.
Список, гениев испытывавших галлюцинации, составленный еще Моро и Ломброзо, постоянно пополнялся. Среди них такие великие люди, как Сократ, Брут, Джироламо Савонарола, Рафаэль, Кромвель, Лютер, Бернадот, Наполеон, Бенвенуто Челлини, Байрон, Карданус, Паскаль, Жанна д’Арк, Гофман, Мопассан, Державин, Крамской.
В процессе творчества могут испытываться псевдо-галлюцинации, описанные В. Х. Кандинским  и Г.И. Россолимо как живые и до крайности чувственные  образы,  резко отличающиеся от  истинно-галлюцинаторных образов тем, что они не имеют характера объективной действительности, но, напротив, прямо сознаются как нечто субъективное, однако отличное от обыкновенных образов воспоминания и фантазии.   Они протекают как внутреннее слышание, внутреннее   видение, близкое к возникновению ярких, интенсивных и независимых представлений, оно доступно многим здоровым людям в состоянии промежуточном между сном и бодрствованием.
В свою очередь, в качестве примера иллюзии, которую описывали и применяли в своем творчестве  как художественный прием такие выдающиеся писатели, как Гете, Г. Мопассан, Ф.М. Достоевский, А. Блок, можно привести аутоскопию, которая проявляется в возникновении у индивида иллюзии, что он видит самого себя как бы со стороны.
Представители художественных направлений модернизма и сюрреализма сознательно искажали видение реальности, с помощью всевозможных методов и приемов. Так, один из основположника сюрреализма Сальвадор Дали утверждал: «От сумасшедшего меня отличает лишь то, что я совершенно нормален».

Инфантистическая теория гениальности

3.2.6. Инфантистическая (от лат. infantia –детство, наивность) теория утверждает, что гений — это ребенок, сохранивший такие особенности и достоинства детства, как свежий, чистый, невинный, незамутненный шаблонами и стереотипами взгляд на мир, как способность видеть вещи в их первозданной чистоте и воспринимать их такими, какими они есть на самом деле, как ненасытный интерес к миру и умение удивляться и восторгаться привычным и обыденным. Согласно данной теории гения отличают такие черты как наивность,   доверчивость, безыскусность,  естественность и непосредственность, богатая фантазия и страсть к игре. “Всякий ребенок в известной мере есть гений, — писал А. Шопенгауэр, — и всякий гений в известной мере ребенок.
Сродство обоих прежде всего обнаруживается в наивности и возвышенной простоте ”. Ф. Ницше считал творческую «детскость» основным свойством гения.  Ф. Шиллер, утверждал, что каждый истинный гений должен быть наивным и  разделял поэтов на наивных и сентиментальных. При этом наивный поэт творит беззаботно, являясь при этом частью природы, сентиментальный творит обдуманно, противопоставляя себя природе. «Наивный гений, — писал Ф. Шиллер, — должен все создавать из своей природы и может создать лишь очень немногое из своей свободы. Среди гениев с мироощущением ребенка можно выделить Лао-Цзы, Моцарта, Ж.Ж. Руссо, Д. Хармса, А. Эйнштейна.  Их отличала девственная наивность, спонтанность, искренность, игривость, склонность к розыгрышам и любознательность.  «Нормального взрослого никогда не станут беспокоить проблемы пространства и времени, — писал А. Эйнштейн. — Есть вещи, о которых задумываешься только в детстве. Но мое интеллектуальное развитие задержалось, в результате чего я начал размышлять о пространстве и времени, будучи далеко не юным».

Навигация по теме<< Предыдущая записьСледующая запись >>